Мой дорогой Коул  - Тиджан

– Я люблю тебя, потому что ты бегаешь со мной каждое утро. Ну, почти каждое.

Я открыла второй глаз.

– Давай. Продолжай.

Взгляд его потемнел, и он легко поцеловал меня в шею с левой стороны.

– Я люблю тебя потому, что ты ездишь со мной верхом и не возражаешь, когда нужно почистить стойло. Или два.

Я застонала.

– Так не хочется каждый раз возвращаться с фермы в город. Там так красиво.

Он шевелился, передвигаясь ниже, и я почувствовала его губы в ложбинке между грудей. Его свободная рука накрыла одну из них, и большой палец пощекотал сосок.

– Продолжай, – пробормотала я. – Мне нравится слушать, как ты рассказываешь. – Я подмигнула.

Он только головой покачал, потом ущипнул меня за сосок.

– Эй!

Не обращая на меня внимания, он принялся водить вокруг соска языком.

– Я люблю тебя потому, что ты прекратила ночные посиделки Доны с Кеном по вторникам.

– Это нечестно. Если она с ним ужинает, то я тоже хочу с ним ужинать. – Вспомнив протесты Доны, я выпятила нижнюю губу. – Она не одна такая хитрая, чтобы с ним ужинать. Не только она им восторгается.

– И… – Он подтянулся вверх, заглядывая мне в глаза. Запустил пальцы в мои волосы. – Мне очень нравится, как ты со всеми обнимаешься.

– О. – Это тронуло меня сильнее всего. Он говорил не про Сиа, Джейка, Дону или даже Кена. Он имел в виду не тех, кто живет в здании. Он говорил про Эмму, которая за последние шесть месяцев превратилась в близкую подругу. От полноты чувств у меня запершило в горле. – Мне повезло, что Эмма стала моей подругой. Она хороший человек.

– Для меня она член семьи. Я знаю, что ты сделала это ради меня. – Поцеловав меня в губы, он шепнул: – Спасибо.

– Сиа до сих пор ее немножко боится. – Я тихо рассмеялась, лаская его губы своими. – Я люблю Сиа, но из-за этого Эмма мне еще больше нравится. – Я посерьезнела. – Жаль, что они завтра уезжают.

Эмма прилетала на девичник. Коул провел вечер с Картером. Я не спрашивала, чем они занимались, но когда вернулась домой, на кухонном столе лежало снаряжение для пейнтбола. С трудом представила себе Коула и Картера Рида играющими в пейнтбол, и подумала, что есть в этом какая-то ирония.

– Через несколько месяцев мы слетаем повидаться с ними.

– Правильно. – Я толкнула его, упираясь бедрами. – Не понимаю, почему ты мне врал. Мог бы и сказать, что являешься совладельцем «Октавиа».

Он хихикнул, просовывая под меня руку. Легко приподняв, он переместил мое тело вверх, оказавшись у меня между ног. Устроился поудобнее, и я ощутила, как он прижимается к моему лону. Глаза у него стали серьезными.

Убрав волосы со лба, он нежно поцеловал меня.

– Я владею множеством заведений, и ты могла бы поинтересоваться, кому принадлежит «Октавиа». Я беспокоился, что ты узнаешь про меня раньше, чем я рассчитывал.

– И про то, что ты в мафии.

Он кивнул, разглядывая меня.

– Я не хотел, чтобы ты узнала таким образом. Хотел сам сказать тебе. Просто я… – Смутившись, он глубоко вздохнул. – Я хотел убедиться, что все у нас будет так, как было.

– А ты так не думал после того, как приехал ко мне туда?

– Я надеялся. – Его ухмылка превратилась в грустную полуулыбку. – Больше, чем надеялся.

Во мне шевельнулось желание, и я обвила его ногами, впуская в себя. Болтовня влюбленных – это прекрасно, но мне стало невтерпеж. Когда наши взгляды встретились, я пробормотала:

– Я рада, что все так получилось.

– Вот как?

– Я тогда уже начала в тебя влюбляться. – Мне вспомнились пугающие ощущения в желудке, смущение, эйфория. Это была любовь, но я не хотела себе в этом признаваться. Я еще не была готова.

Он провел пальцем по моей щеке.

– Я люблю тебя.

– Я знаю. – Я засмеялась, притягивая его к себе. Наши губы встретились, и потом я сказала:

– Теперь покажи мне. Снова.

Он так и сделал.